Последние новости для постоянных посетителей:

Присылайте свои наблюдения на Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script и после модерации все посетители ресурса смогут их просмотреть и оценить.
Уважаемые пользователи сайта, обратите внимание, что данный ресурс не является официальным. Все вопросы к Михаилу Задорнову можно задать здесь

Главное меню
Главная
Биография
Тексты рассказов
Скачать аудио
Видео
Концерты
Интервью
Книги
Гостевая книга
Наблюдашки
Карта сайта
Статистика



Яндекс.Метрика
Спонсоры проекта
"СУГУБО ЛИЧНОЕ МНЕНИЕ МИХАИЛА ЗАДОРНОВА" «Белорусская деловая газета», 17 декабря 2004 г
С Михаилом Задорновым мы должны были встретиться за сорок минут до его выступления. Писатель приехал во Дворец Республики на двадцать минут позже. «Здорово! — поприветствовал он корреспондента «БДГ». — Я совсем забыл, что мы должны поговорить! Пошли!» Уже после интервью Задорнов неожиданно сказал: «Вы отметьте, что все, что я говорил, это лично мое мнение. Вы бы и возразили, но у вас не было времени. Только не пишите так лобово: мол, мнение редакции не совпадает...» — «Лучше напишу, что Задорнов специально опоздал, чтобы у меня не осталось времени на возражения!» — «Вот так и напишите!» — рассмеялся писатель и тут же пошел на сцену...
— Михаил Николаевич, знаю, что уже года четыре как у вас возникают некоторые сложности с цензурой. Ваши телевизионные выступления существенно отличаются от живых концертов.
— Да, если сравнивать мои телевизионные и концертные выступления, то достаточно сказать, что на телевидении за последний год из моей новой программы было вырезано материала хронометражом один час сорок восемь минут. А что-то я вообще не могу предложить телевидению, поскольку точно знаю, что не пропустят. Но рассказ о цензуре я даже стал включать в свои выступления, поскольку бывают настолько забавные моменты!
— А можете назвать, так сказать, десять отличий сегодняшней цензуры от советской?
— Главное отличие в том, что официально цензуры нет. Нынешняя цензура — это просто подхалимство чиновников перед Путиным. Чиновникам кажется, что Путин смотрит на них лично сверху, как Господь Бог, каждого видит и отслеживает. На самом деле путинская власть очень слабая. Мне, например, хочется, чтобы Путин был человеком слова, а он — человек слов, красивых слов. А мне хочется, чтобы он сдержал хотя бы одно свое слово. Мочить обещал? — мочи! Не хватает сортиров? — строй! Строителей — полно... Это действительно слабая власть, раз она начинает бороться со мной, а не с Басаевым. Меня победить легче. Я им мешаю, как крошка в контрацептиве. С Басаевым посложнее будет.

Вспомните президентскую кампанию в Америке. Керри ведь сначала был впереди, и никакой пиар не помогал Бушу! Но затем произошли страшные трагедии в России, в том числе и Беслан, о котором мировые телекомпании говорили две недели подряд. В это время американцы «забыли», сколько их гробов возвращается из Ирака! Более того, возникла философия: видите, какие теракты и катастрофы происходят в России, а у нас после 11 сентября благодаря Бушу все спокойно! Даже цифры приводились: бушевской администрацией предотвращено полторы тысячи терактов, подобных бесланскому. После чего Буш и стал опережать Керри. Это-то я сам отследил (я очень хорошо чувствую современное общество). Но известна формула: чтобы найти виновного, надо понять, кому это выгодно. Так вот, все, что происходило тогда в России, администрации Буша было выгодно. Впрочем, прямых доказательств у меня нет... И кто, скажите, пропустит на телевидении то, что я говорю?! Это могут пропустить только в Беларуси, поскольку у нас с вашим «батькой» одинаковый взгляд на Америку. На постсоветском пространстве остались только три человека, правильно смотрящих на США: Лукашенко, Жириновский и Задорнов. Нам надо организовать клуб ироничных фанов Америки, и пусть люди вступают в наш клуб. Бросаю через вашу газету такой клич.
— Но Лукашенко никогда не был на ваших концертах.
— Думаю, политикам не надо ходить на мои выступления — мало ли чего я брякну, и тогда они не будут знать, как себя вести. Хотя должен сказать... Я знаю, что у вас оппозиционная газета. С Лукашенко я практически не знаком — лишь однажды мы поздоровались с ним на каком-то приеме у Ельцина. Я вообще стараюсь подальше держаться от политиков. Мне недавно позвонили от одного человека из кремлевской администрации: «У Путина такое чувство юмора! Если вы когда-нибудь увидитесь...» — «Я не ищу встреч ни с чиновниками, ни с политиками, — ответил я. — Потому что это всегда плохо кончается для человека, считающего себя порядочным».

Что же до Беларуси, то, когда по телевизору показывают всякие ваши беды, мне бывает обидно за вас. Во-первых, потому, что к белорусам я отношусь очень хорошо. Это люди очень чистосердечные и с гораздо большим градусом порядочности, чем, скажем, в Москве или в центральной части России. Во-вторых, сравнивая жизнь в Беларуси и в России, я не могу найти ни одного серьезного плюса, чем российская жизнь лучше. (Хотя, может, и найду, если серьезно покопаюсь.) Ведь бедность и тут, и там абсолютно одинаковая. Ну да, в России больше богатых — примерно десять процентов очень богатых людей. Однако все они безумно бессовестные. Что же до российских демократов, то лично я не знаю ни одного порядочного. Если среди коммунистов знал таких, то среди демократов даже одного не могу найти! И все, кто сегодня занимается у нас пиаром западной демократии, — все кормятся за западные деньги. То есть они практически предатели. И потом, войны же у вас все-таки нет...
— Так страна же маленькая!
— Маленькая, да. И преступности меньше. Но даже «авторитеты» — воры в законе — и то уважаемы у вас молодежью. Это, между прочим, неплохой признак. (Смеется.) И уровень образования в какой-то мере сохраняется такой же, какой был в СССР. Кроме того, нет унижения перед Западом, а есть достоинство. Конечно, существуют и отрицательные моменты — те, что на поверхности. Например, зашел сегодня в ваш универмаг — авторучку хотел купить, а мне там, не узнав, нагрубили. Хотя я специально нарвался на грубость — начал разговаривать с продавщицей. Ну не умеют у вас разговаривать, не научились, хоть «батька» ваш и говорит, что Беларусь — это центр Европы. Однако что касается сервиса, это не совсем так...
— По поводу неумения разговаривать: сам Лукашенко сказал как-то, что ректора БГУ на помойке нашел.
— (Смеется.) Мне ваш «батька» нравится, поскольку он часто говорит от души и даже не понимает, что говорит. Но зато он не закодированный и — личность. И Жириновский — личность. Недаром пародисты любят обоих. Хотя вы можете не согласиться со мной...
— Думаю, самый убедительный довод для вас — жили бы вы тут и говорили бы о белорусском руководстве то, что говорите о российском, давно сидели бы в тюрьме.
— А кто вам сказал, что это не ожидает меня в России?! (Смеется.) Просто в России цензура немного другого рода: меня не посадят до тех пор, пока я не наеду на их большие «бабки». Цензура у нас существует с той точки зрения, чтобы не потерять кормушку. И чиновники делают из Путина уж такого-растакого кагэбэшника и силовика, чтобы потом этим его именем делать с людьми все, что угодно. Но, повторюсь, на самом деле эта власть очень слабая. Слаба любая власть, борющаяся с мнением народа. Если это происходит и у вас, значит, и ваша власть слабовата. Однако — клянусь! — лично мне не хотелось бы, чтобы в Беларуси произошло то, что мы наблюдаем, допустим, в Грузии. Об Украине уж не говорю! Это совершенно воровское государство. И что Янукович, что Ющенко — оба достойны друг друга. Хотя Янукович мог бы быть хорошим президентом. Ведь он, как говорят, сидел за то, что снимал ондатровые шапки, причем делал это находчиво — в туалетах, через перегородку, пока человек без штанов на унитазе сидел и соответственно не мог сразу побежать. Это ж проявление соображалки в мелком воровском бизнесе! (Смеется.) Хотя на основании этого Янукович и говорит теперь, будто бы был диссидентом. В чем-то он прав, поскольку ондатровые шапки носили только партработники. А Ющенко — это западный представитель, соответственно предатель. Поэтому они друг друга и стоят. И Украину так баламутит потому, что еще не перебаламутило, как Россию. Украинцам кажется, что сейчас Запад придет, и все сразу богатые будут! Нет, Запад с такими странами как с женщиной поступает — чтобы женщину раздеть, надо сначала ее одеть. Причем одеть в дешевку. Вот и американцы быстренько «оденут» Украину в свои попкорны, попсу и блокбастеры, а затем разденут по самое «не балуйся»! И только тогда, лет через пятнадцать, у украинцев появится соображалка. Как это уже произошло с Литвой, где нет такой ненависти к русским, как, скажем, в Латвии, и где большинство голосует за русского парня, образовавшего Партию труда. Просто Литва уже поняла, что американцы не уважают литовцев. Они, например, не знают ни одного литовского художника, ни одного композитора. Поэтому немедленно Украина должна отойти Западу, чтобы нахлебаться дерьма большой ложкой! И только тогда мы начнем сближаться. Потому что все мы — один народ, мы — славяне, рожденные эрой Водолея под знаком Солнца. А эта будущая эра, если смотреть по эзотерическим законам тонкого мира, объединяющая. То есть мы все равно объединимся, но для этого нам надо поскорее разъединиться. (Смеется.) Потому-то я против вступления Беларуси в союз с Россией.

Вообще, имейте в виду, что то, что говорю, гораздо криминальнее, чем ежели бы я сказал что-то против вашей власти. Для меня, живущего в России, вокруг которого тусовка, а не интеллигенция, считается преступлением говорить хорошие слова о сегодняшней Беларуси. Так же принято считать и в чиновничьей власти в Кремле. То есть, говоря, что многое в Беларуси мне симпатично, я выступаю как диссидент. А что мне не симпатично, я не знаю, потому что, слава богу, не живу здесь.
— Вы обычно напрямую говорите то, что думаете. Но случается, что не все высказываете?
— Конечно. Просто иногда я думаю, что это может быть оскорбительно по отношению к людям. Мне, например, однажды сказали, что в телеверсии моего концерта не должно быть слова «Путин». Я спросил: «Вы телепередачи с порнухой пускаете, а с Путиным, значит, нельзя? Что, Путин хуже порнографии?» Эту фразу у меня потом вырезали даже в газете. Однако скажу о другом: если бы сегодня в России была введена настоящая цензура, например, на телевидении запретили порнографию, я бы согласился на то, чтобы и у меня что-то поубирали — лишь бы не было порнографии! Или если бы это только помогло и наконец закончилась война в Чечне, я был бы согласен, чтобы меня вообще выбросили из всех телепередач. Мои выступления не стоят того, чтобы это считалось плюсом в то время, как идет война. Цензура — это вообще чепуха! Она приходит и уходит, а на войне люди погибают, и это необратимо. То есть я хочу сказать, что существуют и более важные вещи. Однако я же не политик. И политиков считаю низшими людьми. По моему мнению, люди делятся на четыре категории: просветленные, продвинутые, бунтари и обыватели. Просветленные — это идея, бунтари — это двигатель, продвинутые — те, кто из бунтарей хочет стать просветленными, а обыватели — это удобрение истории. Так вот, политики считают, что они — идея. И очень ошибаются! Они — пенка удобрения. Да и в жизни происходят процессы куда более важные, чем может показаться. Если в этой связи вернуться к Беларуси, то мне иногда кажется, что у вашей страны очень серьезная сверхзадача — сохранить для будущего что-то очень важное. Правда, что именно, словами определить не могу — не настолько я силен в эзотерике.
— А к какой, кстати, категории вы себя относите?
— Я повис между бунтарями и продвинутыми. (Смеется.) Вроде бунтарство есть, но и просветления уже хочется, и, кажется, даже чуть-чуть продвинулся к нему — уже по-другому сужу обо всем. Однако пока проповедую — вроде просветленный, а как посмотрю на свою жизнь — так обыватель обывателем! (Смеется.)


 Сергей ШАПРАН.
 
« Пред.   След. »