""БЕЗУМНЫЙ МИР" МИХАИЛА ЗАДОРНОВА" «Вести» СПб, 14 января 2006 г

Он прошел весь путь начинающего автора как писатель-сатирик. Восемь лет его нигде не печатали, говоря: "Смешно. Но такое печатать нельзя". А сегодня он - автор более десятка книг. В них есть все - и лирика, и сатира, и очерки, и путевые заметки. "Талант - это сочувствие. А сатира - не повод для нападения, а скорее - средство защиты и утешения", - говорит сам автор.
Он не только писатель, но еще и гениальный артист, умеющий через смех доносить порой совсем невеселые мысли до тысяч, десятков тысяч своих друзей, как он сам называет зрителей, которые приходят на его выступления. Готовясь к встрече с ним, будь то концертная площадка или телепередача, мы прежде всего готовимся посмеяться от души. И действительно - ни одного равнодушного не бывает. Всем весело. Вот только потом становится немного грустно и обидно. Обидно за себя, за нас всех. Выходя из зала - задумываешься. Хочется что-то в этой жизни изменить, сделать чуть-чуть лучше, добрее, разумнее "этот безумный, безумный, безумный, безумный мирр". Именно так называлась программа, с которой перед новогодними праздниками, 25 и 26 декабря, в Большом концертном зале "Октябрьский" выступал замечательный, любимый всеми - от мала до велика - сатирик, артист, писатель Михаил Задорнов.

- Михаил Николаевич, а кем Вы себя считаете в большей мере - артистом или писателем?

- Я себя считаю сочинителем. Но когда сижу за рабочим столом, когда издаются мои книги - писателем. Для меня писатель - не тот, который что-то пишет - писать можно и письма, и sms-ки. Писатель - это человек, у которого есть свои собственные мысли, свое собственное отношение к жизни. И я к этой профессии отношусь очень трепетно. Тут несколько причин. Во-первых, мой отец был писателем, во-вторых, у нас писатель всегда был совестью России. Такого нигде и никогда не было, невозможно представить, чтобы в какой-либо другой стране ориентировались на мысли писателей, а не политиков. Это сейчас у нас немного "сбилась программа" и первыми в государстве считаются политики. А на самом деле надо прислушиваться к тому, что говорят писатели, которые пишут от души, не за деньги. 

- Что Вам больше по душе - писать или выходить на сцену?

- Конечно, самое большое удовлетворение - когда пишешь. Вы знаете, честно говоря, даже на сцену бы не выходил... Но! В общении со зрителями в зале, по телевидению есть несколько сторон, которые не дают мне бросить выступать. Первая - что уж скрывать, все это очень приятно - аплодисменты, гонорары. С этого очень трудно сойти, это как наркотик. Вторая - надеюсь, что это приносит пользу людям. Кроме того что зрители получают удовольствие, кто-то из них, может быть, после этого и на себя еще со стороны посмотрит. Не все конечно - процентов 5-10, но и это кое-что значит. И, наконец, третье - выступления на сцене, по телевидению поддерживают популярность. А значит, раскупаются и книги, в которых написаны, как мне кажется, более разумные, может быть, даже более глубокие вещи. Так что популярность необходима, а следовательно - необходимы выступления.

- Как артист вы очень четко расставляете паузы в Ваших монологах. Вы заранее знаете, когда именно зал будет смеяться, продумываете это заранее, когда только пишете, или Вам кто-то режиссирует?

- Зрители сами расставляют паузы. Я очень хорошо чувствую зал и понимаю, когда зрители собрались, нет... еще только собираются засмеяться. Знаете, некоторые астрологи, посмотрев мой гороскоп, глаза широко открывают: "Так Вы же медиум, Вы же экстрасенс!" Я действительно очень хорошо все чувствую... но мне нельзя пользоваться этими своими способностями - к примеру, лечить кого-нибудь - никогда и нигде. Могу использовать их их только в книгах и на сцене. 

- Вы начинали со студенческой самодеятельности, а сейчас - известный артист. Когда было легче выходить на сцену - тогда или сейчас?

- У меня никогда не было проблем с этим. Такой вопрос задают довольно часто, и никак не могут понять, почему я не могу на него ответить. Все люди, которые выходят на сцену, все, кто пишет, кто занимается искусством, для меня делятся на две категории - те, кто делает это ради самовыражения, и те, кто самоутверждается. Тем, кто занимается самоутверждением, сегодня сложнее. Они не могут писать про богатых - те их не признают, не могут писать про власть - могут быть неприятности, не могут писать про этих, про этих, этих... А самоутверждаться надо. И в результате они вынуждены прибегать к чему? Правильно, к пошлости. У меня же задачи самоутверждения никогда не было, для меня главное - самовыражение. Моими кумирами были такие поэты, писатели - я имею в виду современников, - как Евгений Евтушенко, Борис Васильев. Кого-то уже нет в живых... Кир Булычев недавно умер, Леня Филатов, мой друг... Их нет, но их еще помнит сегодняшнее молодое поколение. Почему именно они мне близки, почему они - мой идеал? Да потому, что они никогда не приспосабливались, не зависели от дружбы с правительством.

- Когда Вы выходите на сцену, что для Вас важнее - уровень зрителей или их количество в зале?

- Желательна была бы гармония. Чтобы было много зрителей и они все были очень образованны. (Смеется.) Но это нереально. А утопии - не для меня. Я люблю, когда мечта становится реальностью. Поэтому для меняя важнее, чтобы зал был полон. Но иногда я безумно сержусь, когда зал полон, но полон людьми тупыми. Я очень устаю, переживая, что зрители не понимают, о чем я говорю, что они готовы только смеяться, но не мыслить. Кстати, чтобы не быть бездоказательным: я всегда слежу за тем, чтобы на мои концерты было много дешевых билетов. А это значит, что для меня важно, чтобы в зале были образованные люди, потому как у образованных людей с деньгами сегодня неважно. То есть я все-таки стремлюсь к тому, чтобы достичь гармонии в зале. На первых рядах пускай сидят богатые и недоразвитые. Подальше - бедные и умные. Кстати, на моих концертах смех всегда начинается с дальних рядов. Передние еще даже не успевают понять, о чем идет речь, а те, у кого билеты дешевые, уже сообразили, потому как образованы получше.

- А есть ли какое-нибудь отличие между столичным зрителем и провинциальным?

- Провинция провинции рознь. Мы можем называть провинцией все, кроме Москвы, но в таких "провинциальных" городах, например, как Новосибирск, Хабаровск, Владивосток, Саратов, Самара - я много раз в них бывал, - есть настоящая интеллигенция. В Москве ее все меньше. Нет, она, конечно, тоже есть, но ее надо всколыхнуть, найти... Именно поэтому в Москве я стал выступать в театре на Таганке. Кстати, возвращаясь к предыдущему вопросу. Смотрите, как интересно получается. На Таганке всего 700 мест. И хотя я спокойно могу собрать зал гораздо больший, я выступают именно там. Почему? Да потому, что туда приходят люди, которые знают, что, помимо попсы, существует еще и театр, это люди градусом образованнее. И пусть, выступая перед ними, я получаю меньше денег - зато удовольствия это приносит гораздо больше. Вот я и нашел критерий ответа на ваш вопрос. 

- Вы много путешествуете. Менталитет какой страны, по Вашему мнению, больше всего схож с российским?

- Как ни странно и как бы парадоксально это ни показалось, но больше всего на русских похожи американцы. Я не люблю американский стиль жизни, но сами американцы очень простодушны. Вот почему они, например, "стучат" на своих соседей и делают прочие глупости? Так ведь и мы стучали в 30-е годы. Многие были уверены, что это на благо родины делается, так и американцы сегодня во имя родины "стучат". У нас много схожего. Они быстро «кодируются» своим государством, мы - тоже. Они любят поесть, мы - тоже. Они умеют быть сентиментальными и плачут над теми же фильмами, над которыми плачут русские. Мы очень во многом схожи, но у нас абсолютно разные стили жизни, и поэтому мы - разные.

- Продолжая тему путешествий. В каких странах Вы не были, но обязательно хотели бы побывать?

- Я не был в Китае, и собираюсь туда поехать. Еще готовлюсь к путешествию в Антарктиду. Кстати, в Антарктиду со мной высказал желание лететь Галкин. Так что, может быть, даже выступим, естественно бесплатно, перед местными жителями - их там человек 60, наверное, в поселке. Там холодно - надо же народ согреть. А еще хочу на пингвинов посмотреть - я их на свободе никогда не видел. В Кейптауне я никогда не был, на Мадагаскаре. Не был на мысе Огненной Земли. А еще я очень хочу побывать на Чукотке. Я не был на Алтае, и вот на Новый год решил туда отправиться... Меня звали на Лазурный берег, в Куршавель, - даже бесплатно, если бы я там выступил перед бизнесменами. Но, во-первых, оплатить поездку я могу и сам. А вот заплатить, чтобы они на мои выступления не ходили, - не могу. Вот я и решил лететь на Алтай. Это место для меня святое, оттуда весь род русский пошел. Не народ - именно род.

- Смогли бы Вы променять отпуск за границей, скажем, на простую деревню Простоквашино.

- Я много раз так поступал. Мне вообще заграница, в том смысле, в котором она сегодня понимается, малоинтересна. Я и в Монте-Карло летал только с одной целью - выбросить навсегда засевшую, как заноза, из головы мысль - мол, никогда не играл в Монте-Карло. Ну прилетел, дернул два раза за ручку автомата, проиграл свои два доллара, и все. Больше Монте-Карло мне абсолютно неинтересен. То же и с Лазурным берегом... Знаете, астрологи - настоящие, творческие - говорят: передвигаясь на восток, ты улучшаешь свой гороскоп, а передвигаясь на запад - делаешь его более примитивным. Поэтому на Западе гороскопы сбываются, а на Востоке можно встретить людей, которые сами руководят звездами, а не подчиняются им.

- А что-нибудь связанное с Петербургом в Вашей жизни запомнилось? Может быть, что-нибудь забавное...

- Когда-то очень давно я приезжал в Петербург с самодеятельностью. Дело было в белые ночи. И нам негде было ночевать. Мы очень уставали, перепивались к утру... И как-то я спал на скамейке на Сенатской площади. Утром меня будит милиционер. А я, хоть и пьяный был, ложась на скамейку, ботиночки снял. Он мне: "Где твои ботинки?" А я отвечаю: "Ты взял". - "Откуда ты знаешь?" - "А я экстрасенс". Он меня сразу зауважал, перепугался, что я действительно экстрасенс - тогда как раз время было, когда Кашпировский с экрана телевизора народ лечил. И ботинки вернул, и штраф не взял.

- У Вас много друзей в Петербурге?

- Не очень... Нет, неправильно я сказал. У меня до фига друзей. Всех, кто приходит на мои выступления сюда, в БКЗ "Октябрьский", я считаю своими друзьями. Так смеяться, так понимать тебя могут только друзья.

Недавно вышла новая книга Михаила Задорнова. Называется она так же, как и программа, с которой Михаил Николаевич выступал в "Октябрьском". В нее вошли произведения разных лет - от написанных в 80-х до самых последних - и разных жанров - от путевых заметок до пьесы. Так что, если вам захочется встретиться с Михаилом Задорновым, вы можете сделать это в любой момент, открыв книгу и окунувшись в "Этот безумный, безумный, безумный, безумный мир".


Александра ТАНИНА